+7 (495) 681-18-23
+7 (495) 681-15-32
ОБЩЕСТВЕННАЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПОМОЩИ ВЫНУЖДЕННЫМ МИГРАНТАМ
Помощь в цифрах

2012 год



Проведено консультаций

 

1715

Оказано содействие в защите прав

 

997 раз

Предоставлена медицинская помощь 127-и больным на сумму

 

292.095 руб.

Выдано денежных пособий 278 семьям на общую сумму

 

2.732.141 руб.

Получили одежду, обувь и другие предметы домашнего обихода (second hand)

 

около 856 семей

Занятия в Детском центре посещали

 

более 50 детей


Подробный отчёт...

Наши страницы в...




Новое видео
"Гражданское содействие"


(смотреть на Youtube)

Светлана Ганнушкина представляет книгу "Каждый молчит о своем. Истории одной войны"


(смотреть на странице материала)
Посещения

Статьи

Главная » Статьи » Статьи наших сотрудников » С.А.Ганнушкина

Соотношение прав меньшинств и прав человека
Светлана Ганнушкина


     Позволю себе начать с темы, которую я собиралась взять для своего выступления, когда мы готовили эту конференцию. Я предполагала говорить о свободе передвижения. Поскольку я занимаюсь беженцами, проблема ограничения свободы передвижения очень актуальна для тех, кому мы пытаемся помочь. Однако тема эта настолько обширна, что говорить 7 минут о ней бессмысленно. От нее остался только один сюжет, которого я хочу коснуться.

     Сейчас Сергей Адамович говорил, что Сталин в свое время выдал многие и многие тысячи людей на смерть и на пытки. Так вот, сегодня происходит то же самое: наша страна выдает узбекских граждан на смерть и на пытки и, более того, не выпускает их из России даже тогда, когда, наша прокуратура отказывает Узбекистану в их выдаче, а другие страны дают им убежище. И делается это на основании двустороннего соглашения, которые было принято 30.11.2000 г., казалось бы, очень невинного, о том, что Россия при выезде с ее территории граждан Узбекистана обязуется соблюдать узбекский режим пересечения границы. Разумеется, симметричное обязательство берет на себя Узбекистан.

     Однако каждый гражданин России по действительным документам может свободно покинуть свою и любую другую страну. Никакой выездной визы или иного разрешения со стороны российской власти ему получать не надо. Не так с гражданами Узбекистана. Просто по действующему узбекскому паспорту гражданин этой страны может выехать только в страны СНГ, а для выезда за его пределы узбекскому гражданину необходимо иметь в паспорте специальный разрешительный стикер – специальная печать, образец которой прислан нам узбекскими властями. Это не удивительно для такой страны как Узбекистан. Но почему Россия должна становиться ловушкой политических беженцев из Узбекистана?

     В г.Иваново уже третий год находятся 12 граждан Узбекистана, выдачу которых уже окончательным решением запретил Европейский суд по правам человека. Их принимает одна из европейских стран, предоставившая им статус беженца. Но выехать они не могут, и мы весьма обеспокоены, как бы наши спецслужбы не выдали их нелегальным образом, с чем мы уже не раз сталкивались.

     Это проблема международная. Самые высокие юридические умы не смогли мне предложить механизма - как обжаловать это соглашение. Оказывается, ни Конституционный суд, ни Верховный суд не компетентны принять решение, признающее такого рода соглашение противозаконным, хотя оно явно противоречит Конституции РФ.

     Ну, вот эти две минуты я потратила на проблему, о которой вначале хотела говорить.

     Теперь тема, которая была заявлена в программе, а именно «Соотношение прав меньшинств и прав человека». Мне кажется, что она очень мало разработана. Объясню, почему считаю ее сегодня очень важной.

     Сейчас во всем мире идет очень активный процесс миграции населения. Страдающие от демографического спада западные страны активно принимают жителей других регионов. Парижская уличная толпа почти неотличима от нью-йоркской и уже наполовину состоит из людей с темным цветом кожи разных оттенков, одетых часто весьма экзотически. И прекрасно, мне, во всяком случае, это нравится. Возвратившись из поездки в Европу или Америку, я начинаю ощущать, что едущие на встречном эскалаторе люди как-то странно - однообразно и скучно выглядят.

     Пока инокультурное внедрение идет медленно, вливание свежей крови приносит очевидную пользу. Вспомним, что Дюма и Пушкин были потомками африканцев. А кто же больше француз, чем Дюма, или больше русский, чем Пушкин?

     Однако сейчас, миграционные процессы идут так стремительно, что интеграция за ними явно не успевает. И часто «новые» жители, даже приобретая гражданство западных стран, все же существенно отличаются от «старых» - культурой, традициями, иным комплексом ценностей, часто далеких от неукоснительного уважения прав человека. Прибывающие продолжают следовать своим культурным стереотипам, образуют в обществе изолированные группы.

     Возникают вопросы: является ли интеграция этих групп в принимающее их общество единственным путем его развития? Или общество согласно на их добровольную изоляцию? Каким образом должно осуществляться сосуществование разных культур на общем экономическом и политическом и, главное, общественном пространстве, с общими гражданскими институтами? Может ли современное общество существовать в виде единой мультикультурной среды? Скажу сразу, что мне очень хотелось бы ответить на последний вопрос положительно. Но этот положительный ответ далеко не однозначен, он сам по себе представляет новый вызов. Для его реализации необходима сознательная и ежедневная работа общества. А пока эта работа, на мой взгляд, как у нас, так и на Западе, делается неудовлетворительно.

     Какие же реакции на вызовы можно наблюдать сегодня и как они решаются в сфере прав человека?

     Одним из ответов на этот вопрос стала принятая в феврале 1995г. рамочная конвенция «О защите национальных меньшинств», к которой Россия присоединилась в июле 1998г. Конвенция исходит из цели «достижения более тесного союза между его членами во имя защиты и развития идеалов и принципов, являющихся их общим достоянием», и констатирует, что «одним из средств достижения этой цели является поддержание и дальнейшее осуществление прав человека и основных свобод».
Это «право на равенство перед законом и на равную защиту закона. Любая дискриминация, основанная на принадлежности к национальному меньшинству, запрещается» (ст.4).

     Государства, присоединившиеся к конвенции, берут на себя обязанность «обеспечивать лицам, принадлежащим к национальным меньшинствам, возможности поддерживать и развивать свою культуру, а также сохранять основные элементы их самобытности, а именно: религию, язык, традиции и культурное наследие». Государства обязуются воздерживаться «от любых политических и практических действий, имеющих целью ассимиляцию лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, вопреки их воле, и защищают этих лиц от любых действий, направленных на такую ассимиляцию» (ст.5).

     Конвенция развивает понятия прав человека в отношении представителей национальных меньшинств, требуя от них соблюдения «национального законодательства и уважения права других лиц, в частности, права лиц, принадлежащих к основной группе населения или к другим национальным меньшинствам» (ст.20).

     Можно многое сказать о грубых нарушениях прав национальных меньшинств в сегодняшней России: о растущей ксенофобии и религиозной нетерпимости, о бесчеловечном отношении в тюрьмах к выходцам с Кавказа, о необеспечении государством минимального уровня указанных в конвенции прав в отношении беженцев из Афганистана и Грузии, о дискриминации бежавших из Абхазии грузин, остающихся в России нелегалами уже более полутора десятков лет. Но эти проблемы обсуждались уже множество раз на тематических конференциях, и мы не приблизимся к их решению, если повторим их сегодня.

     Но мне хочется вернуться к проблеме изоляции или самоизоляции меньшинства от основной части гражданского общества. Приходится признать, что не только защита меньшинств, но продуманная политика их интеграции совершенно необходимы в сегодняшнем ускоренно развивающемся мире. Иначе неизбежно будут возникать раздражение и конфликты между разными частями населения. Мы явственно видим это в России, где власти не только не борются, но и манипулируют агрессивными настроениями населения. Но, очевидно, то же самое происходит и в западных странах.

     Родина прав человека – Франция, одна из немногих, не присоединилась к рамочной конвенции «О защите национальных меньшинств». Ее сочли лишней и даже нарушающей принципы равенства, братства и свободы. Французские политические деятели любят повторять, что все граждане Франции, независимо от цвета кожи, вероисповедания, происхождения – французы. Это же мне не раз приходилось слышать и от моих коллег из неправительственных организаций. Безусловно, Франция много преуспела в интеграции детей разных народов.
Однако объясните мне, почему Франция принимает неожиданное решение о том, что девушки – мусульманки не могут носить платки в общественных местах? Откуда повеяло опасностью? Мы видим выступления студенток и школьниц, которые говорят: «Моя соседка покрасила одну половину головы в желтый цвет, другую в зеленый. И ей так можно ходить - это признак свободы. А я всего-навсего хочу повязать на голову тоненькую косынку, и мне говорят, что этого делать нельзя. Нельзя, потому что это признак конфессии, признак религиозной принадлежности. Почему такое неравенство?» Я понимаю эту девочку. С другой стороны, я понимаю, почему возникает этот вопрос. Сами представители меньшинств не так, как власти, убеждены в том, что они французы. «Платите пособие и не лезьте к нам!» - кричал молодой араб во время волнений в Парижских предместьях. Возможно, он и гражданин Франции, и сын гражданина, но он не чувствует себя французом. Можно объяснить это социальными проблемами, и это будет правдой, но развиваются эти проблемы в определенной среде, не признающей ни права человека, ни просто правовую систему страны, в которой живут. Не замечать этого опасно, и запретом платков делу не поможешь, пособием, порождающим иждивенчество, не откупишься, а снисходительное отношение к нарушителям не допустимо и не полезно для них самих. Права человека нуждаются в возможности их реализации, а законы в строгом их исполнении.

     В Германии, где о правах национальных меньшинств говорят и спорят много и с чувством, проблема изоляции тоже, как мне кажется, стоит очень остро. Немцы не привыкли вмешиваться в жизнь соседей, они так трудятся над внедрением толерантности, что готовы мириться с традициями и образом жизни национальных меньшинств даже в том случае, когда они нарушают права человека и построенные на их базе законы. Происходит странная вещь: государство, признавая права меньшинства, перестает защищать каждого его отдельного представителя от нарушающих его права традиций.

     Когда месяц назад я была в Германии, то всю неделю, которую там провела, наблюдала, как депутат парламента от дружественных «Мемориалу» «зеленых» - Мари Луиз Бекк занималась возвращением в Германию ее гражданина - немецкого ребенка.

     Мальчику – сыну немки - жительницы Бремена было два с половиной года, когда его отец, тунисский студент, узнал о его существовании. Новоиспеченный папаша убедился путем генетической экспертизы в своем отцовстве, изъявил желание участвовать в воспитании ребенка и пригласил его мать с мальчиком на свою родину в гости. Отцовства он не оформлял и по немецкому закону ни в каких правовых отношениях с ребенком не состоял.

     Мать приняла приглашение и приехала в Тунис, где семья отца немедленно забрала у нее ребенка и отказалась отдавать. Посольство Германии не встало на защиту похищенного немецкого гражданина. Ничего не добившись в Тунисе, мать уехала Германию и бросилась в полицию. Как прореагировала на это немецкая полиция, она прореагировала очень странно. Матери заявили, что это семейное дело: у них (тунисцев) такие традиции - ребенок принадлежит семье отца. Несколько месяцев хождения по кабинетам в попытке доказать, что их традиции не имеют никакого значения, что похищен гражданин Германии, обманом вырванный из рук матери, ни к чему не привели. Женщина заболела, попала на больничную койку, перенесла тяжелую операцию. Все это время ребенком занималась депутат от Бремена, которой пришлось нелегко. МВД Германии прореагировало на ситуацию только после того, как Мари Бекк поставила этот вопрос на заседании Бундестага и добилась специального решения. Ей самой пришлось ехать в Тунис, откуда в день моего отъезда она вернулась вместе с ребенком. Нетрудно назвать статьи «Всеобщей декларации прав человека», которые не хотела отстаивать немецкая правовая система: право на невмешательство в семейную жизнь (ст.12 ВДПЧ), равенство перед законом (ст.7 ВДПЧ), право на международный порядок, при котором могут реализоваться указанные в Декларации права и свободы (ст.28 ВДПЧ). И происходило это не столько по нерадивости полиции, а из убеждения в том, что права человека могут претерпеть большие изменения в восприятии – это зависит от того, к какой группе тот или иной человек относится.

     В той же Германии мне не раз рассказывали о том, что 14-летних девочек, родившихся и выросших в Германии, родители вывозят в страны, из которых они когда-то приехали, и выдают там замуж по местным законам. Потом молодоженов привозят в Германию и возвращаются с новоиспеченными претендентами на гражданство Германии, которые и дальше будут жить там по традициям своего общества.

     И когда я спрашиваю: как же вы это допускаете? – то получаю все тот же ответ: «Ну, знаете, у них же такие традиции. Им так нравится, а нас это не касается». Я с большим уважением отношусь и к традициям и к исламу. Русские женщины, сознательно принявшие ислам, также вызывают у меня уважение. Но я совсем не уверена, что эта 14-летняя девочка, которая училась в немецкой гимназии, действительно хотела быть вывезенной в Пакистан и выданной замуж за взрослого незнакомого мужчину. Если даже она согласилась или повиновалась родителям, то может ли она в таком юном возрасте принять в этом вопросе сознательное решение? Не очевидно ли, что здесь нарушается равенство прав мужчины и женщины в отношении вступления в брак (ст.16 ВДПЧ). О случаях убийства родственниками непокорных девушек или женщин, которые, по мнению семьи, запятнали ее «дурным поведением», тоже приходится слышать. И когда убийца попадает на скамью подсудимых, то, как же воспринимается судом традиция, нарушающая право на жизнь (ст.3 ВДПЧ)? Как смягчающее или отягощающее вину обстоятельство?
Есть в Германии законы, ограничивающие возраст вступления в брак и наказывающие за сожительство с несовершеннолетними? Вот и извольте применять их ко всем жителям, и не снимайте с себя ответственность за судьбу девочки только потому, что по происхождению она принадлежит к национальному меньшинству. Традиции, культура, вероисповедание большой и маленькой группы очень важны. Они дают нашему миру и жизни краски, он они вторичны по отношению к правам человека и законодательству, основанному на их принципах.

     Нет сомнения, что те же процессы идут сегодня и в России.. Конечно первыми жертвами становятся женщины. Меня никогда не занимала тема прав женщин. Мне казалось, что в Советском Союзе, может быть по необходимости, женщины имели большие права, чем женщины на Западе. Муж, как правило, не мог обеспечить семью. Женщины работали, учились, воспитывали детей и страдали не от неравенства прав с мужчинами, а от трудности реализации себя именно в своем женском качестве. Ни в университете, ни на работе я никогда не ощущала дискриминации. А подсчет количества профессоров женского и мужского пола на мехмате МГУ казался мне совершенно нелепым. Меня вполне устраивало, что большинство моих педагогов были мужчинами, потому что это были яркие талантливые люди.

     Но теперь, когда я вижу, что делается, например, в Чечне: как крадут юных девочек, насильно выдают их замуж, и никто не может этому противостоять, то задаю вопрос: является ли Чечня частью России? Действуют ли там российские законы? Президент Чечни говорит, что женщина должна знать свое место, что мужчина собственник, а женщина собственность. Он сожалеет о том, что убийцы «дурных женщин» сидят в тюрьмах. И какова же реакция федеральной власти? – Никакой. Мои коллеги, не знающие чеченских традиций, западные политики на встречах повторяют привычное: но это же чеченцы, у них так принято. Это неправда – и принято не так. Создается новая традиция бесправия и беззащитности.


     Мне хочется теперь вернуться к рамочной конвенции «О защите национальных меньшинств». Я думаю, что конвенция носит неправильное название. В ней речь идет не о правах национальных меньшинств, а о правах личностей, принадлежащих к меньшинствам. Статьи конвенции именно так и сформулированы. Так и должно быть. Очень важной мне представляется ст.3: «Любое лицо, принадлежащее к национальному меньшинству, имеет право свободного выбора рассматриваться или не рассматриваться таковым, и этот выбор или осуществление прав, которые связаны с этим выбором, не должны ущемлять данное лицо».

     Таким образом, каждому члену общества, принадлежащему к некоторому меньшинству, государство обязано обеспечивать и гарантировать возможность выйти из этого меньшинства. Арабский юноша из предместий Парижа, немецкая школьница пакистанского происхождения, полюбившая русского чеченка - все они должны иметь возможность уйти из среды происхождения. Государство обязано гарантировать им безопасности в этом случае. Право не принадлежать меньшинству не менее важно, чем соблюдение прав тех, кто хочет оставаться его представителем.
Равнодушное отстраненное отношение к меньшинствам создает не мультикультурную среду, а среду, состоящую из анклавов, живущих по разным правилам и не соблюдающих законы страны. Такое положение, в конце концов, приведет и уже приводит к конфликтам, с которыми не удастся справиться.

     Я хочу закончить цитатой из присланной мне автором статьи, младшего советника Канцлера юстиции Эстонии, Ксении Зураковской, которая, обсуждая вопрос об универсальности прав человека в нашем мультикультурном мире, предлагает представить себе такую сцену: «Жертва инициированного государством насилия, покинув тюрьму и собственную страну, нашла безопасное место за границей и объявила: «Да, я был заключен в тюрьму без постановления суда, меня пытали, но я с этим соглашаюсь, потому что западное понятие прав человека чуждо как мне, так и моей культуре в целом».

     Олег Орлов:
     Теперь одну минуту попросил для реплики Сергей Адамович Ковалев на выступление Светланы Алексеевны. Одна минута для реплики. Пожалуйста.

     Сергей Ковалев:
     Я просто хочу отреагировать на то место в выступлении Светланы Алексеевны, где она говорила о том, что называют при необходимости чиновники народными обычаями. Так вот, увы, Светлана, это уже и не чиновники делают, а, так называемые, специалисты, уважаемые специалисты и профессора, специализирующиеся по правам человека. Не так давно я был в Польше на конференции этого рода и некий весьма титулованный человек из университета сказал в своем выступлении: «Универсальные ценности - они универсальные или относительные? Ну, пожалуй, надо сказать, что они универсально-относительные или относительно-универсальные». Вот такой был уровень марксистской диалектики. А в обоснование относительности универсальных ценностей он рассказал, что, например, в Таиланде обычаем является детская проституция. И тогда чего же с них спрашивать – у нас свои представления об универсальных ценностях, а у них свои. Кто сказал, что эти представления хуже наших? Я попросил его отозваться о ритуальном каннибализме. Но он как-то не ответил на мой вопрос.

     Светлана Ганнушкина:
     Сергей Адамович, я же и сказала, мои коллеги, к сожалению, почти то же самое говорят.


Категория: С.А.Ганнушкина | Добавил: Администратор (15.01.2010)
Просмотров: 1769



ЧИТАТЬ КНИГУ
Каждый молчит о своём: истории одной войны

ХОТИТЕ ПОМОЧЬ?

Если Вы хотите помочь беженцам или мигрантам, оказавшимся в тяжёлой жизненной ситуации, это можно сделать самыми разными способами.

Мы с радостью примем пожертвования в виде продуктов, детского питания, одежды, предметов первой необходимости, а также денежную помощь.

Вы можете принять участие в нашей работе в качестве волонтёра — если у Вас есть свободное время, а также качества, необходимые в нашей работе.


подробнее
НА ТЕБЯ НАПАЛИ

из-за национальности, веры или цвета кожи? 
Звони на телефон информационной линии!

 

Мы можем оказать: юридическую помощь (услуги адвоката), медицинскую помощь, психологическую помощь.


ВАЖНО!

ТРЕБУЕТСЯ ВАША ПОМОЩЬ!


Нужны мобильные телефоны





Помогите собрать детей-беженцев в школу




ВАКАНСИИ


Приглашаем волонтёров
для занятий русским языком
со взрослыми беженцами из Афганистана и Африки.